Vitamin D status in residents of Tyumen region

Cover Page

Abstract


BACKGROUND: The high prevalence of vitamin D deficiency worldwide is often associated with the region of residence.

AIMS: to study the level of vitamin D in serum of residents living in Tyumen region, to assess the frequency of occurrence of insufficiency and deficiency of vitamin D in the region.

MATERIALS AND METHODS: Observational, single-site, transverse, selective, uncontrolled study of the prevalence of vitamin D deficiency among adults in Tyumen region, conducted from November 2017 to March 2018.

RESULTS: Optimal levels of 25(OH)D in the residents of the Tyumen region were found in 7.3% of patients, its insufficiency was registered in 22.0% of cases, and defficiency – in 70.7%. There was a weak correlation relationship between lower values of 25(OH)D in those examined with obesity according to body mass index (r = -0.104, p <0.05) and waist circumference (r = -0.239, p <0.05), and with greater body mass (r = -0.130, p <0.05).

CONCLUSIONS: There is a high prevalence of insufficiency and deficiency of vitamin D among the adult population living in Tyumen region has been revealed. Additionally, it has been established that the level of vitamin D is not associated with gender and age, but is associated with BMI, waist circumference and body weight of patients.


ОБОСНОВАНИЕ

В последние несколько десятилетий интерес ученых и исследователей из разных областей медицины прикован к проблеме дефицита витамина D. Столь пристальное внимание научного мира можно объяснить не только бесспорным участием витамина D в поддержании здоровья костной ткани, но и его влиянием на множество биологических процессов в организме человека. Мировая статистика свидетельствует о широкой распространенности дефицита витамина D, принимающей масштаб «глобальной, немой, неинфекционной пандемии». Зарубежные данные насчитывают более половины населения [1, 2], имеющего низкий статус витамина D, по всему миру. Это подтверждается результатами американского исследования NHANES [3], нидерландского LASA [4], исследования уровня обеспеченности витамином D в Греции [5], в Китае [6, 7], на Украине [8], в Польше [9], а также в других странах. Схожие данные находят отражение в результатах исследований, проведенных в различных регионах Российской Федерации. Так, например, при обследовании жителей Северо-Западного региона РФ у пациентов в возрасте от 18 до 70 лет установлено, что уровень недостаточности и дефицита 25(ОН)D в сыворотке крови составляет 82,7% [10], похожие результаты получены при исследовании пациентов Ростовской области – снижение уровня витамина D относительно нормативных значений выявлено у 82,1% обследованных [11]. В другом исследовании, проведенном в Чувашской Республике, среди молодых женщин и мужчин в возрасте от 18 до 27 лет оптимальное содержание 25(ОН)D выявлено лишь у 6,4% обследованных [12]. При изучении распространенности дефицита витамина D у лиц старше 50 лет в республике Башкортостан в период максимальной солнечной инсоляции выявлено распространение низкого статуса в 62% случаев (в сельской местности – 57%, а в городской среде 2 71%) [13]. Ранее авторами было проведено аналогичное исследование уровня витамина D, но в период минимальной инсоляции, и выявлено, что нормальный уровень витамина D имели только 18% обследованных [14]. Изучение содержания витамина D в крови у постменопаузальных женщин в г. Новосибирске с различным состоянием углеводного обмена показало, что в среднем уровень витамин D равен 19 нг/мл, что соответствует дефициту [15]. У обследованных пациентов с сахарным диабетом 2 типа, проживающих в Рязани и Рязанской области, выявлено недостаточное содержание витамина D в крови, что наиболее характерно для больных с избыточным весом и ожирением [16]. Анализируя уровень витамина D в г. Архангельске, установлено, что 74% взрослого населения имеют уровень витамина D менее 30 нг/мл [17]. Также по результатам многих других эпидемиологических исследований [18-22], проводимых на территории Российской Федерации (РФ), отмечено, что сниженная концентрация витамина D в сыворотке крови имеет место у 50–92% взрослого населения трудоспособного возраста. К причинам возникновения D-дефицита относят множество факторов [23]: географическое расположение территории, климатические и погодные условия, интенсивность солнечной инсоляции и общее количество солнечных дней, а также особенности питания, избыточный вес, наличие ряда патологических состояний, прием некоторых медикаментозных веществ [24, 25]. Область проживания во многом предопределяет частоту встречаемости дефицита и недостаточности витамина D у населения. Это связано с тем, что недостаток витамина D чаще встречается на территориях, располагающихся в северных широтах (выше 35°), где из-за острого угла падения солнечных лучей соприкосновение с кожными покровами проходит по касательной и практически не вырабатывается витамин D. O’Neil et al. установили, что статус витамина D в зимнее время года определяется как период, когда дозы ультрафиолетового излучения недостаточны для стимулирования синтеза витамина D [26]. Данный промежуток времени длится до 8 мес в широтах между 60° и 70° с.ш., от 5 до 6 мес – в широтах от 51° до 59° с.ш. и 2 мес или вообще не происходит – в широтах от 35° до 40° с.ш. Итак, большая часть территории РФ имеет все предпосылки для развития дефицита и недостаточности витамина D в целом и в Тюменском регионе в частности. Территория Тюмени располагается на 57009с.ш., что предопределяет наличие у проживающего населения низкого статуса витамина D.

ЦЕЛЬ

Изучить содержание витамина D в сыворотке крови у жителей, проживающих на территории Тюменского региона, для оценки распространенности недостаточности и дефицита витамина D в регионе

МЕТОДЫ

Дизайн исследования

Обсервационное одноцентровое одномоментное выборочное неконтролируемое исследование распространенности дефицита витамина D у жителей Тюменского региона. Включение в исследование проводилось по принципу случайной выборки с помощью ­программы случайных чисел, с учетом гендерных и возрастных особенностей. Всем участникам исследования проведен скрининг, направленный на верификацию соответствия критериям включения/исключения. Все участники подписали добровольное письменное информированное согласие на участие в исследовании. У отобранных участников исследования определялся уровень 25(ОН)D в сыворотке крови, а также проведено общеклиническое обследование с измерением антропометрических показателей. Антропометрическое обследование включало измерение роста, массы тела, расчет индекса массы тела (ИМТ) по формуле: вес(кг)/рост(м2) и измерение окружности талии (ОТ). Согласно рекомендациям ВОЗ, диагноз избытка массы тела или ожирения устанавливается на основании показателя ИМТ. За нормальные показатели принимается его значение от 18,5 до 24,9 кг/м2, избыточный вес диагностируется при ИМТ от 25 до 29,9 кг/м2, а ожирение – при ИМТ, равном 30 кг/м2 и более. За абдоминальное ожирение принято считать такое распределение жировой ткани, при котором ОТ превышает 88 см у женщин и 102 см у мужчин.

Критерии соответствия

Критерии включения:

  • условно здоровое взрослое население;
  • возраст старше 18 лет;
  • проживание на территории Тюменского региона.

Критерии исключения:

  • хроническая болезнь почек IV стадии;
  • прием витамина D в любой форме последние 6 мес до включения в исследование.

Условия проведения

В исследование включены лица, проживающие в Тюмени и Тюменском районе.

Продолжительность исследования

Набор участников исследования осуществлялся в период с ноября 2017 по март 2018 гг. – в период наименьшей инсоляции и короткого светового дня.

Описание медицинского вмешательства

Для определения уровня 25(ОН)D в сыворотке крови осуществлялся забор крови из локтевой вены в утренние часы (с 9 до 11 ч).

Основной исход исследования

Конечный результат исследования – установление уровня витамина D у жителей Тюменского региона.

Методы регистрации исходов

Определение уровня 25(OH)D в сыворотке крови проводились методом ИФА-анализа при помощи тест-систем Euroimmin 25-OH Vitamin D ELISA фирмы Sunrise. Лаборатория участвует в международной программе внешнего контроля и стандартизация 25(ОН)D в сыворотке крови (DEQAS, UK).

Этическая экспертиза

Проведение научно-исследовательской работы одобрено ЛЭК ФГБОУ ВО «Тюменский государственный медицинский университет» Минздрава России. Выписка из протокола № 78 от 17.03.2018.

Статистический анализ

Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью программы SPSS (версия 17.0). Числовые данные приведены в виде средних значений со стандартным отклонением (M±SD). Сравнение количественных параметров в исследуемых группах осуществлялось с использованием t-критерия Стьюдента и модуля ANOVA. Статистически значимыми считали значения критериев, соответствующие р<0,05

РЕЗУЛЬТАТЫ

Объекты (участники) исследования

Для оценки уровня обеспеченности витамина D сформирована основная группа (n=440), которая состояла из 227 (51%) женщин и 213 (49%) мужчин (рис. 1). По ­возрасту участники исследования разделены на пять подгрупп согласно классификации, принятой ВОЗ (рис. 2). Средний возраст составил 53±0,8 лет.

 

Рисунок 1. Распределение обследуемых по полу

 

Рисунок 2. Распределение обследуемых по возрасту

 

Также всем участникам исследования проведено антропометрическое исследование. На основании полученных данных рассчитан ИМТ. У основной массы диагностирована избыточная масса тела (34%), ожирение I степени – у 19%, II степени – у 9% и III степени – у 2% соответственно. Количество обследуемых с нормальной массой составило 33%, 3% имели дефицит массы тела. Средний ИМТ по всем группам составил 27,1±5,6 кг/м2 (рис. 3).

 

Рисунок 3. Распределение участников исследования в зависимости от индекса массы тела (кг/м2)

 

Основные результаты исследования.

Уровень витамина D оценивался по классификации, принятой Российской ассоциацией эндокринологов (2015). Согласно рекомендациям, за адекватную обеспеченность витамином D приняты значения 25(OH)D в сыворотке крови, равные или превышающие 30 нг/мл; за недостаточную – значения от 20 до 30 нг/мл; значения ниже 20 нг/мл расцениваются как дефицит витамина D [27]. Оптимальное значение 25(OH)D у жителей Тюменского региона выявлено у 32 обследованных (7,3%), его недостаточность зарегистрирована у 97 человек (22,0%), а уровень дефицита – у 311 (70,7%) (рис. 4). Вариация 25(OH)D в сыворотке крови составила от 4,3 нг/мл до 53,1 нг/мл и в среднем установилась на значении, равном 17,7±8,0 нг/мл. Средние ­показатели 25(OH)D в группах с оптимальным уровнем, дефицитом и недостаточностью витамина D составили 36,8±5,4; 13,2±4,1 и 23,9±2,6 нг/мл соответственно.

Уровни 25(ОН)D среди мужчин и женщин имели некоторые различия. В частности, отмечено, что у лиц женского пола чаще диагностировался оптимальный уровень витамина D, чем у мужчин (11% и 3,2%, р<0,05). При этом недостаточность и дефицит представлены с одинаковой частотой в обеих группах (25,1% и 26,2%, р>0,05), что свидетельствует об отсутствии связи между 25(OH)D и полом. При изучении зависимости витамина D от возраста также не выявились статистически достоверные взаимосвязи.

Вместе с этим при изучении связи антропометрических данных участников исследования с уровнем 25(OH)D отмечается отчетливая взаимосвязь содержания витамина D в сыворотке крови с ИМТ, ОТ и массой тела обследованных (р<0,05). Корреляционный анализ установил, что более низкие значения 25(ОН)D имелись у обследованных с ожирением по данным ИМТ (r=-0,104, p<0,05) и ОТ (r=-0,239, p<0,05), что подтверждает стратегию включения лиц с избыточным количеством жировой ткани в группу высокого риска по развитию дефицита витамина D. Полученные данные находят подтверждение в следующих статистических расчетах: с увеличением ИМТ на 1 кг/м2 уровень витамина D в среднем снижается на 0,148 нг/мл, а при увеличении ОТ на 1 см – на 0,119 нг/мл. Аналогичные результаты получены при исследовании взаимозависимости витамина D с массой тела обследованных (r=-0,130, p<0,05), установлено, что при увеличении массы тела на 1 кг уровень витамина D в среднем снижается на 0,060 нг/мл.

 

Рисунок 4. Уровень обеспеченности витамином D среди жителей Тюменского региона

 

Нежелательные явления.

За весь период проведения исследования нежелательных явлений зарегистрировано не было.

ОБСУЖДЕНИЕ

Резюме основного результата исследования

Выявлена высокая частота D-дефицита и недостаточности среди взрослых жителей, проживающих на территории Тюменского региона. Уровень витамина D не связан с возрастными и гендерными особенностями обследованных, но ассоциирован с избыточной массой тела и ожирением.

Обсуждение основного результата исследования

Исследование обеспеченности витамином D в Тюменском регионе расширило географию представлений о масштабности проблемы в РФ. Анализируя литературные данные и результаты собственного наблюдения, можно сделать вывод о глобальной распространенности D-дефицита среди всех возрастных групп – как среди мужчин, так и среди женщин. Тюмень и Тюменский район, согласно особенностям своего месторасположения, относятся к территориям с потенциально высоким риском дефицита витамина D. Данные географические координаты соотносятся с месторасположением и других российских городов, таких как Ярославль, Кострома, Псков, Иваново, а также с латвийским Вентспилсом, шведским Гётеборгом, городами Шотландии – Абердином и Инвернессом и датским Ольборгом. Впервые на заданной широте проведено исследование уровня обеспеченности витамином D. В связи с этим полученные данные неадекватной обеспеченности витамином D в Тюменском регионе могут транслироваться не только на другие российские территории, имеющие те же географические координаты, но и на зарубежные страны. Взаимосвязь дефицита витамина D c наличием избыточной массы тела и абдоминального ожирения, в связи с депонированием его в подкожно-жировой клетчатке и недоступностью для центрального подчеркивает необходимость установления D-статуса у данной категории пациентов. Высокая распространенность D-дефицита и его немаловажная роль в регуляции многих биологических процессов организма обосновывают необходимость разработки профилактических мер, а также своевременной диагностики и адекватного лечения витамин D-дефицитных состояний, что может найти отражение в Национальных клинических рекомендациях.

Ограничения исследования

Основным ограничением нашего исследования является небольшой объем выборки и, соответственно, отсутствие анализа частоты выявляемости недостаточности и дефицита витамина D при таких социально-значимых хронических заболеваниях, как сахарный диабет, заболевания дыхательной и сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта в сравнении с условно-здоровыми лицами для формирования групп риска для обязательного определения витамина D в крови и восполнения его дефицита в Тюменском регионе.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

D-дефицит и недостаточность широко представлены среди взрослого населения Тюменского региона РФ и встречаются чрезвычайно часто – в 92,7% случаев.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ.

Источники финансирования. Проведение исследования и подготовка статьи осуществлены на личные средства авторского коллектива.

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

Участие авторов. Все авторы внесли значимый вклад в проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию статьи перед публикацией

Liudmila A. Suplotova

Tyumen State Medical University

Email: suplotovala@mail.ru
ORCID iD: 0000-0001-9253-8075
SPIN-code: 1212-5397
Scopus Author ID: 6506543298
ResearcherId: J-3596-2014
http://www.researcherid.com/rid/J-3596-2014

Russian Federation, 54, Odesskaya street, Tyumen, 625023

MD, PhD, Professor

Valeria A. Avdeeva

Tyumen State Medical University

Author for correspondence.
Email: dr.avdeeva@yahoo.com
ORCID iD: 0000-0002-8642-9435
SPIN-code: 3215-0880

Russian Federation, 54, Odesskaya street, Tyumen, 625023

graduate

Liudmila Y. Rozhinskaya

Endocrinology Research Centre

Email: lrozhinskaya@gmail.com
ORCID iD: 0000-0001-7041-0732
SPIN-code: 5691-7775

Russian Federation, 11, Dm. Ulyanova street, Moscow, 117036

MD, PhD, Professor

  1. Heaney RP. Vitamin D in Health and Disease. Clin J Am Soc Nephrol. 2008;3(5):1535-1541. doi: 10.2215/CJN.01160308
  2. Holick MF. Vitamin D Deficiency. N Engl J Med. 2007;357(3):266-281. doi: 10.1056/NEJMra070553
  3. Looker AC, Pfeiffer CM, Lacher DA, et al. Serum 25-hydroxyvitamin D status of the US population: 1988–1994 compared with 2000–2004. Am J Clin Nutr. 2008;88(6):1519-1527. doi: 10.3945/ajcn.2008.26182
  4. Snijder MB, van Dam RM, Visser M, et al. Adiposity in Relation to Vitamin D Status and Parathyroid Hormone Levels: A Population-Based Study in Older Men and Women. J Clin Endocrinol Metab. 2005;90(7):4119-4123. doi: 10.1210/jc.2005-0216
  5. Lapatsanis D, Moulas A, Cholevas V, Soukakos P, Papadopoulou ZL, Challa A. Vitamin D: A Necessity for Children and Adolescents in Greece. Calcif Tissue Int. 2005;77(6):348-355. doi: 10.1007/s00223-004-0096-y
  6. Yan X, Thomson J, Zhao R, et al. Vitamin D Status of Residents in Taiyuan, China and Influencing Factors. Nutrients. 2017;9(8):898. doi: 10.3390/nu9080898
  7. Chen W, Zhang X, Wang H, Zhang W, Xu Y, Zheng S. The epidemic investigation of serum 25-hydroxy vitamin D levels in the adults in Qujing area of Yunnan province in China. Int J Clin Exp Pathol. 2015;8(8):9597-9601. PMID: 26464725
  8. Pankiv IV. Risk factors of vitamin D deficiency among Ukrainian women in Carpathian region. Int J Endocrinol. 2018;14(1):31-34. doi: 10.22141/2224-0721.14.1.2018.127088
  9. Płudowski P, Ducki C, Konstantynowicz J, Jaworski M. Vitamin D status in Poland. Polish Arch Intern Med. 2016;8(8):9597-9601. doi: 10.20452/pamw.3479
  10. Каронова Т.Л., Гринева Е.Н., Никитина И.Л., и др. Распространенность дефицита витамина D в северо-западном регионе РФ среди жителей г. Санкт-Петербурга и г. Петрозаводска // Остеопороз и остеопатии. — 2013. — Т.16. — №3. — C.3-7. [Karonova TL, Grinyova EN, Nikitina IL, et al. The prevalence of vitamin D deficiency in the northwestern region of the Russian Federation among the residents of St. Petersburg and Petrozavodsk. Osteoporosis and Bone Diseases. 2013;16(3):3-7. (In Russ.)]. doi: 10.14341/osteo201333-7
  11. Агуреева О.В., Жабрева Т.О., Скворцова Е.А., и др. Анализ уровня витамина D в сыворотке крови пациентов в ростовской области // Остеопороз и остеопатии. — 2016. — Т.19. — №2. — C.47. [Agureeva OV, Zhabreva TO, Skvortsova EA, et al. Analiz urovnya vitamina d v syvorotke krovi patsientov v rostovskoy oblasti. Osteoporosis and Bone Diseases. 2016;19(2):47. (In Russ.)]. doi: 10.14341/osteo2016247-47
  12. Маркова Т.Н., Марков Д.С., Маркелова Т.Н. и другие. Распространенность дефицита витамина D и факторов риска остеопороза у лиц молодого возраста // Вестник Чувашского университета. — 2012. — №3. — C.441-446. [Markova TN, Markov DS, Markelova TN, et al. Prevalence of vitamin D deficiency and risk factors of the osteoporosis of young age persons. Vestnik Čuvašskogo universiteta. 2012;(3):441–446. (In Russ.)].
  13. Нурлыгаянов Р.З., Никитин В.В., Файзуллин А.А. Исследование Уровня Витамина D у лиц, проживающих в республике Башкортостан, в период максимальной инсоляции // Остеопороз и остеопатии. — 2016. — Т.19. — №2. — С.48-49. [Nurlygayanov RZ, Nikitin VV, Fayzullin AA. Issledovanie urovnya vitamina D u lits, prozhivayushchikh v respublike Bashkortostan, v period maksimal’noy insolyatsii. Osteoporosis and Bone Diseases. 2016;19(2):48-49. (In Russ.)]. doi: 10.14341/osteo2016248-49
  14. Нурлыгаянов Р.З., Сыртланова Э.Р. Распространённость дефицита витамина D у лиц старше 50 лет, постоянно проживающих в республике Башкортостан, в период минимальной инсоляции // Остеопороз и остеопатии. — 2012. — Т.15. — №3. — С.7-9. [Nurlygayanov RZ, Syrtlanova ER. Prevalence of vitamin D deficiency in people over 50 years old residing in republic of Bashkortostan in periods of low insolation. Osteoporosis and Bone Diseases. 2012;15(3):7-9. (In Russ.)]. doi: 10.14341/osteo201237-9
  15. Руяткина Л.А., Руяткин Д.С., Исхакова И.С., Романов В.В. Витамин D у постменопаузальных женщин г. Новосибирска с различным состоянием углеводного обмена // Бюллетень сибирской медицины. — 2014. — Т.13. — №2. — С.42-48. [Ruyatkina LA, Ruyatkin DS, Iskhakova IS, Romanov VV. Vitamin D in postmenopausal women in Novosibirsk with a different state of carbohydrate metabolism. The Bulletin of Siberian Medicine. 2014;13(2):42-48. (In Russ.)]. doi: 10.20538/1682-0363-2014-2-42-48
  16. Филатова Т.Е., Давыдов В.В., Низов А.А., и др. Обеспеченность витамином D пациентов с сахарным диабетом 2 типа и избыточным весом¸ проживающих в Рязанской области / Сборник тезисов VIII (XXV) Всероссийского диабетологический конгресс с международным участием «Сахарный диабет-пандемия XXI», 28 февраля-3 марта 2018 года — М.: ООО «УП ПРИНТ»; 2018. — С.100. [Filatova TE, Davydov VV, Nizov AA, et al. Obespechennost’ vitaminom D patsientov s sakharnym diabetom 2 tipa i izbytochnym vesom¸ prozhivayushchikh v Ryazanskoi oblasti. In: Conference Proceedings of VIII (XXV) Russian diabetology congress with international participation «Diabetes mellitus – XXIth century pandemia»; Moscow, February 28 – March 3. Moscow: UP Print; 2018. P.100. (In Russ.)].
  17. Малявская С.И., Кострова Г.Н., Лебедев А.В. Уровни витамина D у представителей различных групп населения города Архангельска // Экология человека. — 2018. — Т.356. — №1. — С.60–64. [Malyavskaya SI, Kostrova GN, Lebedev АV, et al. 25(OH)D Levels in the Population of Arkhangelsk City in Different Age Groups. Èkologiâ čeloveka. 2018;356(1):60-64. (In Russ.)]
  18. Вербовой А.Ф., Шаронова Л.А., Вербовая Н.И., Акимова Д.В. Содержание витамина D3 и показатели метаболизма костной ткани у мужчин с сахарным диабетом 2 типа // Остеопороз и остеопатии. — 2014. — Т.17. — №1. — C.8-10. [Verbovoy AF, Sharonova LA, Verbovaya NI, Akimova DV. Soderzhanie vitamina D 3 i pokazateli metabolizma kostnoy tkani u muzhchin s sakharnym diabetom 2 tipa // Osteoporosis and Bone Diseases. 2014;17(1):8-10. (In Russ.)].
  19. Дрыгина Л.Б., Дорофейчик-Дрыгина Н.А., Прохорова О.В. Статус витамина D при формировании остеодефицита у пожарных МЧС России. Медико-биологические и социально-психологические проблемы безопасности в чрезвычайных ситуациях. — 2013. — №3. — C.5-9. [Drygina LB, Dorofeichik-Drygina NA, Prokhorovа OV. Vitamin D status in the formation of osteodeficiency in the firefighters of russian Ministry of Emergency Situations. Medical-biological and social-psychological issues of safety in emergency situations. 2013;(3):5-9. (In Russ.)].
  20. Каронова Т.Л., Гринева Е.Н., Никитина И.Л., и др. Уровень обеспеченности витамином D жителей Северо-Западного региона РФ (г. Санкт-Петербург и г. Петрозаводск) // Остеопороз и остеопатии. — 2013. — Т.16. — №3. — С.3-7. [Karonova TL, Grinyova EN, Nikitina IL, et al. The prevalence of vitamin D deficiency in the northwestern region of the Russian Federation among the residents of St. Petersburg and Petrozavodsk. Osteoporosis and Bone Diseases. 2013;16(3):3-7. (In Russ.)]. doi: 10.14341/osteo201333-7
  21. Малявская С.И., Кострова Г.Н., Голышева Е.В., и другие. Обеспеченность витамином D и коррекция его дефицита в различных возрастных группах населения арктической зоны РФ // Практическая медицина. — 2017. — №5. — С.41-44. [Malyavskaya SI, Kostrova GN, Golysheva EV, et al. Arkhangelsk Sufficiency of vitamin D and correction of its deficiency in various age groups of the population of the arctic zone of the Russian Federation. Praktičeskaâ medicina. 2017;(5):41-44. (In Russ.)].
  22. Полуэктова А.Ю., Мартынова Е.Ю., Фатхутдинов И.Р., и др. Генетические особенности чувствительности к витамину D и распространенность дефицита витамина D среди пациентов поликлиники. РМЖ. Мать и дитя. — 2018. — №1. — С.11-17. [Poluektova AY, Martynova EY, Fatkhutdinov IR, et al. Genetic features of sensitivity to vitamin D and prevalence of vitamin D deficiency among outpatients. Russian Journal of Woman and Child Health. 2018;(1):11-17. (In Russ.)]. doi: 10.32364/2618-8430-2018-1-1-11-17
  23. Holick MF. High Prevalence of Vitamin D Inadequacy and Implications for Health. Mayo Clin Proc. 2006;81(3):353-373. doi: 10.4065/81.3.353
  24. National Institutes of Health. Office of Dietary Supplements (ODS). Vitamin D Fact Sheet for Health Professionals. US Dep Heal Hum Serv. Updated: August 7, 2019. Available from: https://ods.od.nih.gov/factsheets/VitaminD-HealthProfessional/
  25. Yetley EA. Assessing the vitamin D status of the US population. Am J Clin Nutr. 2008;88(2):558S-564S. doi: 10.1093/ajcn/88.2.558S
  26. O’Neill C, Kazantzidis A, Ryan M, et al. Seasonal Changes in Vitamin D-Effective UVB Availability in Europe and Associations with Population Serum 25-Hydroxyvitamin D. Nutrients. 2016;8(9):533. doi: 10.3390/nu8090533
  27. Пигарова Е.А., Рожинская Л.Я, Белая Ж.Е., и др. Клинические рекомендации Российской ассоциации эндокринологов по диагностике, лечению и профилактике дефицита витамина D у взрослых // Проблемы Эндокринологии. — 2016. — Т.62. — №4. — С.60-84. [Pigarova EA, Rozhinskaya LY, Belaya JE, et al. Russian Association of Endocrinologists recommendations for diagnosis, treatment and prevention of vitamin D deficiency in adults. Problems of Endocrinology. 2016;62(4):60-84. (In Russ.)]. doi: 10.14341/probl201662460-84

Supplementary files

Supplementary Files Action
1. Figure 1. Distribution of subjects by gender View (81KB) Indexing metadata
2. Figure 2. Distribution of subjects by age View (137KB) Indexing metadata
3. Figure 3. Distribution of study participants depending on body mass index (kg / m2) View (244KB) Indexing metadata
4. Figure 4. Vitamin D level among residents of the Tyumen region View (124KB) Indexing metadata

Views

Abstract - 156

PDF (Russian) - 116

Cited-By


Dimensions


Copyright (c) 2019 Suplotova L.A., Avdeeva V.A., Rozhinskaya L.Y.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-ShareAlike 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies